Home » Культура

Захарьев Н.И. Записки. Отдых.

28 October 2010 Нет комментариев

Современный Малоархангельск. Ул. Советская. Дом рядом с красной машиной когда-то принадлежал Захарьевым.

Продолжение. Начало смотри здесь и здесь.

Годы своего детства, до поступления в школу, и в первых классах школы вспоминаю я всегда как время, прожитое в большом, веселом, радостном окружении близких мне по возрасту, или немного старше меня, моих родных или приходящих к нам знакомых мальчиков и девочек. Находились какие-то общие игры, интересные и занимательные занятия, что не давало места скуке. Говорят, что и отец мой, которого, к сожалению, я совсем не помню, был большой затейник и умел находить многие забавы и общение с детьми, его очень любили — с большим удовольствием ожидали, когда он приходил со службы. Пожалуй, наибольшим удовольствием в детстве были мои поездки в деревню к дедушке и бабушке, которые меня любили и за их доброе и ласковое отношение и я относился к ним с большой любовью. Во всяком случае лучшим подарком для меня всегда было разрешение матери поехать в деревню, в Карауловку.

Сколько ж было там в деревне постоянных игр и забав в течение всего дня и в зимнее и в летнее время с мальчиками — помощниками пастухов и обычно весьма затейливыми пожилыми пастухами.

Зимою большое удовольствие доставляло участие вместе с взрослыми в охоте на зайцев, лисиц, особенно с гончими собаками.

С каким азартом, нагулявшись при крепком морозе по полям и перелескам, собирались мы за столом с шумящим самоваром, шло обсуждение удач и промахов в охоте, в котором обычно мне приходилось принимать только пассивное участие — слушать, но слушать и переживать, что видел сам.

Любил я бродить по осеннему саду в яркие солнечные дни, после съема яблок и находить кое-где еще оставшиеся плоды. Хороши и сад и лес в зимнее время, когда можно побродить по снежному насту заледеневшего снега или полазить по глубокому до самых колен пушистому только выпавшему снегу.

Любил я и рыбную ловлю в летнее время, главным распорядителем которой был мой дядя Леша, которому я был предан за его ласковое и доброе отношение ко мне до самых последних лет его жизни.

Какое это чудное занятие раскинуть удочки на тихой реке или пруду перед вечерней зарей, наблюдать за поплавком, летящими над ним стрекозами и слушать звонкие призывы кукушки, пение соловьев, притаившихся в густых зарослях.

На рыбалку я ходил с дядей Лешей очень часто и до сих пор сожалею, что в последние годы так сложилась моя жизнь, что я как-то отошел от этого истинного развлечения, несравнимого ни с чем, и самого лучшего отдыха.

Большое и может быть самое большое удовольствие доставляло нам в летнее время купание в реке Липовица. Находилась эта река примерно в километре прямо за березовым лесом, протекала в спокойном месте среди пологих приподнятых над ее уровнем берегов, с отличной чистой водой и вперемешку углублений в 2-2,5 метра с довольно частыми бродами. Кое-где по берегам имелись небольшие заросли, но ниже по течению, когда, приняв несколько впадающих в нее ручьев, она становится шире, на берегах реки образуются более густые заросли нависших над водой деревьев. Ниже попадаются уже пруды с запрудами для устройства мельниц.

Купание доставляло нам наибольшие радости и почти ежедневно, кроме ненастных дней, а то и по два раза на день вместе с ребятишками большой группой мы бегали к реке , где проводили и по часу, а то и два часа самого жаркого времени в летние месяцы.

Занятны и привлекательны для моего детского возраста были игры, прогулки, рыбная ловля, купание в реке в Карауловке и многое другое, с чем связано пребывание в деревне, куда я всегда с большим желанием буквально рвался из Малоархангельска и пользовался любой для этого возможностью.

Интересна была и сама по себе деревня с ее жителями, многих из них я знал, многие знали меня и не редко с дяде Лешей мы ходили в деревню, посещали знакомые семьи, и я с удовольствием слушал очень занимательные рассказы о прошлом, мудрые рассуждения о предстоящем будущем и собственных желаниях крестьян.

Частыми были посещения дедушки деревенскими крестьянами, которые приходили с какими-нибудь просьбами и вели беседы преимущественно на сельскохозяйственные и бытовые темы, но иногда и о больших событиях, переживаемых страной, о войне, о февральской и Великой октябрьской революции, которая внесла бурную перестройку всей жизни в деревне.

Но, пожалуй, в мои детские годы наиболее привлекательной была сама поездка в деревню Карауловку. Летом чаще с дедушкой на дрожках, но когда мне стало лет 12-14, я ездил иногда один. Меня научили и я уже знал как запрячь лошадь, как натянуть супонь, словом езда на лошади для меня уже не оставляла дива ни в упряжке, ни под седлом, а в ночное даже без седла.

В зимнее время выезжали обычно на двух упряжках большой компанией с удобно устроенным к большим саням розвальням задком-спинкой; тогда в сани укладывалось сено, покрывалось попоной или ковром и создавалось удобное, мягкое сиденье. Обычно езда занимала около 3-х часов и, если мороз был большим, то нас всех высаживали из саней и заставляли делать 10-15 минутную пробежку для согрева и общей разминки.

Дедушка очень любил лошадей и лошади у него были хорошие — метисы орловской породы. Из тех, что использовались для поездок в Малоархангельск и на станцию Змиевку, запомнились мне крупные, сильные и добронравные лошади Струйка и полученный от нее приплод Страченка и Странная серой масти и с отличной рысью, но очень добрая гнедой масти Стрелка, которую давали и мне, запряженную в дрожки. Дедушка предпочитал для поездки именно эту лошадь.

Все по дороге от Малоархангельска до Карауловки около 30 км было мне знакомо, родным , близким и как-то радостно привлекали внимание хорошо известные встречавшиеся по пути и рощи и перелески, сухие балки и овраги, тихие небольшие речки с часто ремонтирующимися мостами, большие и малые по сторонам деревни, село Архарово прямо на пути с высокой на возвышенном месте села церковью. Эта церковь далеко видна с обеих сторон подьезда к Архарово и в весеннюю пору издалека слышится ее колокольный звон.

Особенно привлекали меня поездки в летнее время. Всегда радовали по дороге ржаные и овсяные поля, цветущая гречиха и тяжелые поникшие кисти проса. Это основные хлебные культуры, которые высеивались в малоархангельском уезде. В то время пшеница в нашем уезде не сеялась. Были мне дороги и милы травяные бровки с плотным травостоем вдоль дорожной колеи проселочных дорог с овсяницей, мятликом и другой злаковой и разнотравной растительностью, изредка попадался клевер и голубоцветный цикорий, но это уже на окраинах дороги, поближе к пахотной части поля.

Подъезжая к Карауловскому лесу, очаровывала его осветленная опушка с проглядывавшимися крупными в два-три обхвата многолетними березами, а возле дома длинный ряд вязов, которые в бурную погоду грозно шумели, но хорошо защищали постройки от ветра.

Такие же большие вязы стояли возле дома, где под ними стояла бочка с холодной кристально чистой водой, привозимой из Гремячего колодца, расположенного внизу под горой, и стекающей вниз по желобам из верхнего сада из-под известковой горы. Отличный источник чистой, вкусной, холодной воды поистине дар природы для деревни, и я очень рад, что, проезжая как-то лет 6-7 тому назад, видел его в полной сохранности и в своем первозданном виде.

Пожалуй , нет нигде других мест более прекрасных по своему задумчивому тихому очарованию, как несравнимые ни с чем небольшие речки и реки среднерусской полосы, с их таинственной тишиной почти незаметного движения воды, редкими всплесками играющей рыбы, заросшими прудами и легким рокотом колес водяных мельниц, с покатыми по берегам душистыми сенокосами и раскинувшимися поодаль на водоразделах мелкими рощами и небольшими смешанными и слегка изреженными лесами с дубами и березами, кленами и липами, с кучерявыми порослями и цветущим кустарникам.

Радуга над малоархангельской землёйМне много пришлось поездить по белому свету и видеть немало красивых мест, привлекавших внимание и даже вызывающих восторг и восхищение. Но нигде я не видел такой самобытной природы, какой награждена Средняя Россия, такого обширного по просторам пейзажа, широкого и тихого, радостного, веселого и в то же время щемящего душу грустью.

Может быть сказывается влияние родных мест, с которыми связано детство, но даже и это не умаляет великого достоинства замечательного окружения, оказывающего долгие годы влияние на формирование особых черт характера русского человека.

Мне думается, что Тургенев и Толстой, Бунин и Никитин, Фет и Тютчев, другие, связавшие многое из своей творческой деятельности с краем их местообитания, получили большую долю зарядки своего таланта и очарования в художественных произведениях под могучим и длительным воздействием их окружения, облагораживающей человека природы и неуловимого, но сильного влияния общения с простым, большой душевности русским народом.

[…]

Семья Захарьевых

Подготовили к публикации Борис Захарьев, сын Николая Ильича, и его дочь Татьяна.
Фото из семейного архива.
Часть записок, относящаяся к Малоархангельскому уезду. Полностью читайте на Прозе.ру.

Связанные записи

Leave a Reply

Добавьте своё сообщение или trackback на наш сайт. Вы можете также подписаться на комментарии к этому материалу при помощи RSS.

Пожалуйста, не надо спама, сайт модерируется.

На сайте включена Граватары. Вы можете использовать сервис Gravatar. А чтобы знать о новых комментариях на этой странице, подпишись на фид комментариев к этой странице: RSS 2.0.