Home » История: с 1917 по 1941 г. г.

Малоархангельская школа: незабываемые двадцатые

17 July 2011 Нет комментариев

Мужское и женское городские училища г. Малоархангельска. 1914 год.

Август для нас, бывших одноклассников, если не юбилейный, то во всяком случае памятный месяц. В августе 1926 г. мы пришли и приехали из ближних и дальних деревень в Малоархангельск сдавать экзамены, чтобы поступить в 5-й класс средней школы. Мне посчастливилось быть в числе тех, кто преодолел трудности вступительного экзамена, и меня приняли в 5-й класс 2-й советской школы II-й ступени (так назывались тогда средние школы).

Ежегодно перед 1 сентября население Малоархангельска значительно увеличивалось не только за счет рождаемости, сколько за счет приезда со всего уезда учащихся двух школ II-й ступени. Уже в 5-м классе наше представление о родном крае значительно расширилось. Те, кто жил близ станций Малоархангельск и Глазуновка, узнали о том, что где-то за городом Малоархангельском есть Покровcкое, Дросково и другие села и деревни, о которых мы раньше никогда не слышали. Узнали не из географии, а благодаря тому, что в каждом классе учились покровские, дросковские, колпнянские и другие ребята, приехавшие из пяти районов, если пользоваться сегодняшним территориальным делением. Уезд был велик, а средние школы были только в уездном центре. Мы начинали учиться в средней школе за 5 лет до того, как в стране было введено всеобщее обязательное 7-летнее обучение и до того, как было осуществлено всеобщее начальное образование.

Возможно, теперь кто-нибудь спросил бы: «Были ли интернаты для приезжих?» Нет, тогда и слова такого не знали. Устраивались кто как мог, снимали комнаты и «углы» у родных, знакомых и незнакомых жителей города.

Владимир Тимофеевич

Фамилию тогда можно было не называть. В городе все знали, что это — преподаватель математики и заведующий 2-й школой (название «директор школы» появилось позже). В 1926 г. исполнилось 35 лет педагогической деятельности В. Т. Травинского в Малоархангельске. В городе были семьи, в которых и родители, и дети, а затем и внуки были его учениками.

Прекрасным математиком называли старого учителя и это не было преувеличением. Его долголетний опыт, высокое преподавательское искусство, требовательность воспитывали у учащихся серьезное отношение к учебе, любовь к математике. Он пользовался всеобщим уважением и непререкаемым авторитетом.

Однажды мы увидели Травинского в необычной обстановке и не таким, каким привыкли его видеть. В один из октябрьских вечеров (приблизительно 10 или 11 октября 1928 г. ) в школе состоялось собрание, посвященное памяти Ивана Ивановича Скворцова-Степанова, который скончался в октября 1928 г. Мы знали о большой и давней дружбе между Травинским и Скворцовым-Степановым, завязавшейся во время их совместной учебы в Московском учительском институте.

Иван Иванович, один из образованнейших русских марксистов, был автором ряда работ по политэкономии, истории и философии. Его книгу «Электрификация РСФСР» В. И. Ленин назвал образцом -нового типа литературы для рабочих и крестьян. В последние годы своей жизни Скворцов-Степанов был редактором газеты «Известия», руководил Институтом Ленина (ныне Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС).

С большим волнением рассказывал на собрании Владимир Тимофеевич о своем друге, но не смог закончить свой рассказ, остановился, а затем произнес глухим голосом: «Не могу, товарищи… » Слезы показались на его глазах.

Все сидящие в зале замерли, никто не осмелился нарушить тишину. Мы поняли, что если наш строгий заведующий, которого все слушались и побаивались, сейчас не в силах говорить, значит и для него эта утрата очень велика, значит сильна и крепка была дружба этих людей, прошедшая через десятилетия.

В конце 1928 г. Травинский ушел с поста заведующего и оставил себе только преподавательскую работу, которой посвятил в общем около 50 лет.

Учителя — наши друзья

Нам повезло: у нас были замечательные учителя — опытные, умелые преподаватели, душевные люди. Мы, пятиклассники, прибывшие из деревень, впервые были оторваны от семей, от родительских домов и сначала нам было нелегко переживать этот отрыв. Скучали, конечно, по родным. Наверно, наши учительницы понимали это и относились к нам, можно сказать, по-матерински, а милая, ласковая Анна Сергеевна Коссова, преподавательница русского языка и литературы, даже называла нас деточками.

Мы благодарны Анне Сергеевне за все, но особо хочется отметить следующее. Она познакомила нас с книгой нашего земляка Ивана Вольнова «Повесть о днях моей жизни». Мы по очереди вместе с учительницей прочли вслух эту книгу на уроках и нас глубоко взволновала горькая судьба героя книги — деревенского мальчика. Мы не только читали, но и пересказывали на следующем уроке прочитанное. Это помогало закреплению в памяти содержания главы и развитию речи. Такие уроки не забываются.

Новым заведующим школой был назначен преподаватель обществоведения Иван Иванович Лаврищев. Недавно я обратился к нескольким своим одноклассникам и другим школьным товарищам с вопросом: «Каким запомнился тебе И. И. Лаврищев?» Прошедшие десятилетия не выветрили из нашей памяти его светлый образ, его доброжелательное к нам отношение, его улыбку. Наши отзывы и мнения полностью совпали, а один товарищ написал даже так: «Он был авторитетным. Мне казалось, он в 2 раза «выше» остальных учителей».

Может быть, в этом сравнении есть некоторое преувеличение, но то, что Иван Иванович выделялся умом, знаниями, педагогическим умением и пользовался большим авторитетом, — это у нас в школе считалось бесспорным и общепризнанным. И то, что он всегда относился к нам доброжелательно и приветливо, еще больше возвышало его в наших глазах.

Когда мы говорим о доброжелательности и доброте Лаврищева и других учителей, то хотим сразу же уточнить: они были добрыми, но не добренькими, всепрощающими. Шалости и проказы не оставлялись без внимания и не всегда проходили безнаказанно. Мы не знаем, выгоняли ли Архимеда с уроков, когда он учился в школе, но нашему «Архимеду» однажды попало, он был выдворен как раз с урока физики (в 6-м классе) коротким учительским приказом: «Архимед», за дверь!» Это вызвало всеобщий смех: для нас было неожиданным, что учитель, оказывается, тоже знал прозвище нашего одноклассника. Впрочем, такие меры воздействия были редкостью.

Наши учителя были последователями и продолжателями лучших традиций русской педагогики. Вспомним слова К. Д. Ушинского:

«В школе должна царствовать серьезность, допускающая шутку, но не превращающая всего дела в шутку, ласковость без приторности, справедливость без придирчивости, доброта без слабости, порядок без педантизма и, главное, постоянная разумная деятельность». Именно этого добивались и все это показывали на деле В. Т. Травинский, И. И. Лаврищев и другие учителя.

Приобщаемся к искусству

Конечно, у нас были свои увлечения. Например, мы любили рисовать, хотя и не отличались большими успехами в этом деле. Однако лучший художник школы (Ваня Гололобов) учился в нашем классе. Когда Ваня нарисовал акварельными красками портреты нескольких одноклассников и все увидели, что каждый получился на портрете очень похожим, это еще больше подогрело наш интерес к рисованию.

Кроме того, мы любили петь и охотно разучивали на уроках пения современные революционные песни, в числе которых была забытая ныне песня «Шахта номер три». Теперь мы с улыбкой вспоминаем о том, как в 6-м классе разучивали романс «Мой костер в тумане светит». Возможно, наш учитель пения Александр Михайлович выбрал этот романс главным образом из-за красивой мелодии, не обратив внимания на то, что содержание и слова не очень-то подходящи для шестиклассников.

В школе хорошо была развита художественная самодеятельность. На вечерах выступал хор, успешно выступали и отдельные солисты. С неизменным успехом ставились пьесы или отрывки из них.

Есть ли в этом что-то особенное, о чем следовало сказать? Да, есть и притом немало. Мы очень благодарны этим вечерам. Надо учесть, что мы начали учиться в городе за 30 лет до распространения телевидения и за несколько лет до начала работы городской радиотрансляционной сети (мы могли наслаждаться радиопередачами, когда учились уже в 8-м классе). Вот почему (до этого) только на школьных вечерах мы могли услышать прекрасные песни, романсы, серенады и баркаролы русских и иностранных композиторов. Слушая теперь эти замечательные произведения по радио, мы вспоминаем и говорим: это нам знакомо со школьных вечеров, с тех далеких и незабываемых 20-х годов.

«В городском саду играет духовой оркестр» — эти слова из песни также вызывают у нас воспоминания. В городском саду Малоархангельска тоже играл духовой оркестр, и радио снова напоминает нам о нем, когда передает старинные русские вальсы, те, что мы слышали впервые там же, в городе наших школьных лет. Мысленно мы возвращаемся к тем неповторимым годам и мечтаем о том, что

Хорошо бы однажды собраться нам вместе,
До рассвета бродить, говорить, вспоминать.
И на улице Маркса знакомые песни
И любимые вальсы услышать опять.

Е. Наумов
Районная газета «Звезда»
30.08.1986

Связанные записи

Leave a Reply

Добавьте своё сообщение или trackback на наш сайт. Вы можете также подписаться на комментарии к этому материалу при помощи RSS.

Пожалуйста, не надо спама, сайт модерируется.

На сайте включена Граватары. Вы можете использовать сервис Gravatar. А чтобы знать о новых комментариях на этой странице, подпишись на фид комментариев к этой странице: RSS 2.0.