Home » Культура

Труженики из деревни Мокрое

31 October 2014 1 комментарий

IMG_3558

Деревню Мокрое можно назвать почти необитаемой. Глушь — несусветная, всё заросло американским клёном. Перед редкими домами собаки бегают без привязи: мало ли кто пришёл в эдакую глухомань и с какой целью, да и лис, прочих хищников нужно отгонять от домашней птицы. Жителей в когда-то большой деревне осталось всего ничего. Но надежда на будущее есть: здесь поселился батюшка, который, как только будет возведена церковь в Луковце, начнёт в ней служить. У батюшки четверо детей, значит, опять по Мокрому будут бегать ребятишки.

IMG_3537

В одном из домиков живут супруги Павел Михайлович Маслов и Клавдия Ильинична Жилина. Их можно назвать старожилами деревни. Павел Михайлович рассказал, почему деревня называется Мокрое: есть здесь верх, Студеное, изобилующий ключами, они дают начало ручью, который впадает в речку Дайменку. Из-за обилия ключей и получил населённый пункт такое название.

Когда деревня ещё была жива

— Деревня раньше большая была, 108 домов. Когда газ тянули, от нас до Митьки Самохина ровно 1200 метров намеряли, — рассказал Павел Михайлович, — Колхоз у нас был Красноармеец, после слияния с этим названием и остался. В него вошли Знаменка, Подкопаево, Мокрое, Нижние Дворы, Корогодино.

Супруги с удовольствием вспоминают былое время.

— Клуб у нас большой был, — говорит Клавдия Ильинична, — а места в праздники всем не хватало, столько народу приходило со всех деревень. И после войны людей много было, вечеринки устраивали по три круга: взрослые, средние и поменьше. Гармошка, пляски, в бабку играли. Стоит один в кругу, положив руку на спину. А народу много, по руке кто-то — шлёп! И угадывает, кто шлёпнул. Когда угадает, когда нет. На вечеринках места в хатах на лавках не хватало, приходилось сидеть на коленках, этому особенно радовалась молодежь. Горела керосиновая лампа, играла гармонь, тут тебе и вальс, и пляски.

IMG_3536

— Мы в МТС всегда праздники организовывали, — добавляет Павел Михайлович. — Женщины деньги соберут, что нужно закупят. В деревне знали, кто хорошо печёт хлеб, кто холодец вкусно варит, а кто мясо делает. На 7 ноября давали пшено, женщины его толкли и пекли оладьи.
Разве мог кто-то подумать, что стихнут песни в Мокром, закроются клуб, магазин, школа и ферма. И потихоньку иссякнет людской поток, устремившийся на центральную усадьбу и в дальние края. Мокрое обезлюдело.

Стукните в оконушко, деточки милые

— На войне у меня два брата погибли, — говорит Клавдия Ильинична. —Иван Филатов пал смертью храбрых под Ровно. Он служил срочную службу, был танкистом, А второй братик, совсем молоденький, с 24 года, Василий, погиб под Малоархангельском. Его сразу убили, не успел он повоевать. Из войны я мало что помню. У соседей Корогодиных была хата глиняная, и мы в этой хате сидели под лавками. А в окно выглянешь — деревня горит. Очень война нас обидела, папа рано умер, из-за этого и работать пошли с детских лет, хоть хлебушка домой принесем, а нас много у мамы. В доме мужчины не было, что тут говорить.
— И мой старший брат Константин погиб, — добавил Павел Михайлович. — Он отслужил срочную, готовился демобилизоваться, но началась война. Погиб Константин на Курской дуге. Его товарищ в письме рассказал, что они попали под минометный обстрел, и брата ранило осколком в живот. Товарищ отнес его в госпиталь, но Костя скончался. Наград у брата было много: Только Красной Звезды два ордена и другие ордена были. Нужно было оформлять пенсию, один человек пообещал маме всё сделать, забрал медали и ордена, и ни пенсии не увидели, ни братовых наград. Мама была малограмотная, она не знала куда обращаться, так все и осталось.
После войны в Мокром начался сильный голод. В 46-м году страшная засуха выжгла всё, еле дождались весны, чтобы посеять поля припасенным зерном, посадить огороды. В 47-м зацветала картошка и колосилась рожь, когда град смешал весь будущий урожай. Поля стали чёрные, будто и не росло на них ничего.

IMG_3556

— Жили мы тяжело, — говорила Клавдия Ильинична, — я закончила всего 4 класса. Учиться не на что было, пришлось идти работать. Носила воду на тракторы, а радиаторы-то худые. Пока до ручья дойдёшь, вернёшься, и опять заливать надо. Скирдовали вручную, косили. Днём работали, ночью на носилках скирды выкладывали.
У мамы две укладки было с холстами, рушниками и атлас там лежал и отрезы. Вот достанет мама это богатство, разложит, полюбуется:
— Ну, девки, что несть?
А мы ей в ответ:
— Ма, неси хоть что-нибудь, мы есть хотим.
Мама брала кусок холста или рушник и меняла на еду, принесёт крахмалу, картошечки, пшена, каши наварит, мы хоть сыты. Послевоенные годы очень тяжёлые были, мы в войну так не голодали. Все вещи мама распродала, может, какой рушник или скатёрочка сохранились. Тогда об одном думали: лишь бы в живых остаться. Мама нас всегда добрым словом поддерживала.
— Крепитеся, мои дорогие деточки, — говорила. Сядет прясть, а сама по погибшим сыновьям плачет: — Милые вы мои деточки, вы хоть в оконушко мне постучите, где же вы находитесь.

Случай

— И был еще случай, — продолжает Клавдия Ильинична, — Хлеба не было, я пасла гусей и на убранном поле, набрала полведра колосьев. Гоню гусей домой, встретился председатель, почему-то весь в крови, отнял ведро. Я пришла домой, плачу: — Мама, у меня дядя Боря колоски отнял.
Но на этом дело не закончилось. Председатель доложил об этом в город, в милицию, и к нам милиционер приезжал с обыском, маму допрашивали, меня, а ведь я еще была совсем ребёнком. Вот сидим мы в хате, рядом милиционер и на маму так грозно:
— Кайся!
— В чем мне каяться? — говорит мама, — у нас обыск был, вы всё перерыли, нашли что-нибудь?
— Кайся детьми, что у вас ничего нет.
— У меня два сына погибли, и другими я каяться не буду.
Папа решил поговорить с милиционером по-мужски.

— Я советский гражданин и должен защищать свою семью. Вы почему мою жену и дочку обидели?
Потом выяснилось, прочему председатель был окровавленным. Он зашёл в одну семью, в ней человек 8 детей было и из печки вытащил лепёшки, мол, из ворованного зерна испечённые. А отец тех детей, кузнец, подрался с председателем. Но там дело было долгое, кузнеца в город вызывали, и я уже не помню, чем всё закончилось.
От голода в деревне умирали. Я сама была как стеклянная, руки, ноги опухли, и глаза плохо видели. И вот что странно, в Коновике ели кашу с медом, а на Мокром пухли. Но меня спас папа. Он отвёл меня за 7 км к двоюродной сестре, чтоб я присматривала за её малолетней дочкой и стерегла гусей. А назад вернулся, лёг и умер. Он болел, и дальняя дорога, наверное, совсем подорвала его силы. А я в Коновике отъелась, посвежела, хоть жива осталась. Нам очень помогала тётя из Коновика. Ее муж был председателем колхоза, колхоз маленький и всё дело у них шло быстро и ладно. Они заготовку вывезут, рабочим зерно раздадут. А у нас колхоз большой был, а земли плохие. По первой ведомости зерно отдадут, а по второй — на будущий год получите.
Жизнь деревенских детей была во многом похожа. Вот и Павел Михайлович начал свой трудовой путь лет в 8-9, стерёг колхозных телят. Днём пас, а ночью носил воду для тракторов. Отдыхал тут же на поле между ведрами.
— Кушать нечего было — вспоминает Павел Михайлович, — а детей у нас в семье было много. В 46 году, когда самый голод был, отец нанял меня пасти деревенский скот, получал я за сезон 25 фунтов зерна и ведро картошек со двора. Кто сразу отдавал, кто после сбора урожая. И решил я пойти на курсы трактористов, отучился, начал работать, отслужил в армии в Забайкайле, два года работал на целине. Потом вернулся на родину, престарелые родители пожелали доживать век со мной. Поехал я на лесозаготовку, привёз лес, построил дом, так здесь и остался.

Трудовая жизнь

Павел Михайлович и Клавдия Ильинична из тех людей, кого мы называем великими тружениками. Все пять братьев Масловых стали знатными механизаторами, одна из двух сестёр Мария Михайловна была в тракторной бригаде, добивалась высоких показателей, её хорошо знали в районе. Павел Михайлович хорошо разбирался в технике, был рационализатором. Вот один штрих к его трудовой деятельности. Павел Михайлович возил сено к фермам. Оплата шла от количества рейсов. А дело было не скорое: сначала сено грузили на машину, потом разгружали, всё делали вручную. И Маслов придумал, как ускорить процесс. Подъехав к ферме, открывал борта машины и на повороте резко тормозил, сено само сваливалось на землю. И в то время пока другие успевали сделать всего два рейса, Маслов — четыре. На «бабочке» чистил дороги ко всем населённым пунктам, магазинам и фермам. Не было такого, чтоб обиженные жители звонили в район с криком: нас занесло, помогите! Колхозы отлично справлялись сами. Была у них техника и хорошие добросовестные работники. Работал Павел Михайлович и комбайнером, на мехтоку, был хорошим сварщиком. Под стать ему и Клавдия Ильинична — передовая свекловичница. За несколько лет до пенсии ушла на ферму и там показала хорошие результаты. Палат каменных супруги не заработали, но наград у них много.

IMG_3542

Павел Михайлович и Клавдия Ильинична вместе с 2001 года. У Павла Михайловича умерла жена, Клавдия Ильинична вдовела уже давно, и решили они доживать век вместе, друг друга поддерживать делом и добрым словом. Вдвоем в глухой деревне не так одиноко. Все у них идет чинным порядком, во дворе гуляют куры, собака спит в будке, цветут в маленьком палисадничке бархатцы, на огороде зреют арбузы.

В деревне без поддержки не обойдешься. Хорошо, когда рядом живут отзывчивые люди, готовые прийти на помощь пожилым людям. Всегда откликаются Анатолий Викторович Ладыгин из Подкопаево, житель д. Мокрое Сергей Геннадьевич Можаров. Обращаются к ним Павел Михайлович и Клавдия Ильинична по каждой надобности, и они всегда помогают. Учительница Луковской средней школы Ольга Зуева, проживающая рядом, тоже не оставляет без своего внимания пенсионеров, заходит, проведывает, справляется, как здоровье, не надо ли помочь. По просьбе пожилых людей приносит из луковского магазина продукты. Павел Михайлович и Клавдия Ильинична очень скромные, доброжелательные и хорошие люди.
А арбузы у них — вкуснейшие. Сладкие, пробовала, знаю.

Связанные записи

Один комментарий

  • мария says:

    Мой папа в ту пору в молодости очень хорошо играл на баяне.Жил он в Каменке.Синяков Василий Васильевич.1906г.р Тоже на посиделках играл.В селе Столбецкое познакомился с моей мамой на ярмарке.

Leave a Reply

Добавьте своё сообщение или trackback на наш сайт. Вы можете также подписаться на комментарии к этому материалу при помощи RSS.

Пожалуйста, не надо спама, сайт модерируется.

На сайте включена Граватары. Вы можете использовать сервис Gravatar. А чтобы знать о новых комментариях на этой странице, подпишись на фид комментариев к этой странице: RSS 2.0.